км от города
Еще фильтры
Хотите получать наши новые материалы? Подпишитесь:
Отправляя данные, Вы подтверждаете, что согласны с положением об обработке персональных данных

Лес на 99 лет

22 Июн 2005
2776
Депутаты Государственной думы РФ в первом чтении приняли новую редакцию Лесного кодекса. Согласно новой редакции основным элементом данной системы является договор аренды лесных участков, который заключается по результатам аукциона сроком до 99 лет.
Как говорится в пояснительной записке к документу, разработка и принятие новой редакции этого документа вызваны необходимостью создания благоприятного климата для осуществления рационального использования лесных ресурсов. В новом Лесном кодексе предусматривается юридическое закрепление леса за собственником земельного участка. Уточняется, что на момент введения в действие закона леса находятся в федеральной собственности. В разработке и обсуждении новой редакции Лесного кодекса РФ принимали участие бизнесмены, чиновники, ученые, экономисты. В качестве эксперта был приглашен академик, доктор экономических наук, ректор Всероссийского института повышения квалификации руководящих работников и специалистов лесного хозяйства Анатолий Петров.

Мы попросили его прокомментировать готовящийся к выходу документ и сегодняшнюю ситуацию в целом.

– В последние годы ситуация в России меняется радикально в сторону приближения к рыночной экономике. А поскольку основное богатство страны и основной доход России – это природные ресурсы, то отношение к ним со стороны органов государственной власти тоже меняется, эта тенденция находит выражение в принимаемых законах, которые регулируют природопользование в РФ. Действующие сейчас законы – Лесной кодекс, Водный кодекс, Закон о недрах – были приняты 8 лет назад. За это время ситуация в экономике сильно изменилась. Природные ресурсы в РФ дают пока сравнительно невысокую отдачу, эффективность их использования значительно ниже, чем в странах с рыночной экономикой. Все это потребовало изменения законодательной базы. В Федеральном Собрании находятся на рассмотрении три закона: Лесной кодекс, Водный кодекс и Закон о недрах. Лесной кодекс был подготовлен Министерством экономического развития, и оно его представило правительству. Лесной кодекс был рассмотрен рабочими группами Госдумы и Совета Федерации, с марта над ним работала рабочая группа во главе с председателем Комитета по природным ресурсам Госдумы Н. Комаровой. И после этого документ прошел рассмотрение в Госдуме в порядке первого чтения. Естественно, было получено большое количество откликов как со стороны простых людей, так и от официальных органов из регионов. Отзывы были разные, но количество отзывов отрицательных было невелико. Это не позволило отклонить закон при первом чтении. В настоящий момент концепция закона утверждена. В июне предстоит второе чтение Лесного кодекса, в который можно будет вносить различные поправки постатейно. В принципе такая возможность должна быть использована, чтобы изменить содержание кодекса в сторону улучшения.

Сейчас все регионы, депутаты Госдумы, члены Совета Федерации работают над поправками, которые будут рассмотрены в течение мая-июня и предложены Госдуме во втором чтении.

– Что вы можете сказать о содержании этого документа?

– Отмечу и положительное, и отрицательное. Хорошо, что новая концепция предусматривает развитие в лесном секторе РФ диалога между государством – собственником лесного фонда и частным лесным бизнесом. Этого диалога сегодня в России нет. Рыночная экономика везде строится на диалоге: всегда должны быть две стороны, должны соблюдаться общие интересы, только тогда достигаются общие цели. Вот это новая и весьма интересная идея кодекса. Я считаю, на 50% этот новый вариант Лесного кодекса решает проблему такого диалога. А главное в нем – как эффективно использовать наши лесные ресурсы. Эта концепция лично мною приветствуется, потому что богатства, которые у нас есть, должны быть реализованы не только кубометрами растущего запаса. Нам сегодня нужно богатство, измеряемое евро, долларами, рублями. Богатство, которое, в конечном счете, увеличит доход населения. И мы все будем жить лучше. Вот эта идея находит в Лесном кодексе свое выражение. Расширяются возможности для привлечения инвестиций в лесной сектор, снимаются многие ограничения, которые сегодня действуют. Бизнес приглашается к большему участию в лесном секторе для большего вложения туда средств.

– Сейчас много говорится об инвестициях. Есть ли уверенность в том, что лесная сфера будет привлекательная для бизнеса? И при каких условиях это может произойти?

– Это будет только тогда, когда бизнес почувствует, что степень риска невысока, что есть определенные гарантии, которые ему предоставляются. Новый кодекс пытается эти гарантии дать. То есть он сегодня расширяет сроки аренды. Ведь если бизнес приглашается на 5 лет, то при таком условии никаких инвестиций никогда не будет, никто не будет строить дороги, новые предприятия. Кодекс раздвигает границы и даже называет сроки – 99 лет. Хотя, на мой взгляд, число выбрано весьма неудачно. Потому что в экономике нельзя ничего контролировать в течение такого периода времени. Можно что угодно написать в договоре, но проверить это будет невозможно. Моя точка зрения, я ее предлагаю в виде поправок, что нужно начинать с договора в 20 лет. Это – начальный срок, меньше нельзя, а дальше надо записать в законе, что этот договор продлевается каждое десятилетие еще на 10 лет. Таким образом, можно достигнуть срока аренды в 100 лет, но с проверкой со стороны государства.

– Анатолий Павлович, а каким образом в новом Лесном кодексе предусмотрен контроль государства за лесопользованием?

– В проекте Лесного кодекса о проверках не говорится. Видимо, это само собой разумеется. Но я полагаю, что надо об этом говорить, чтобы лесопользователи понимали, что им дают возможность работать, но лес им не принадлежит, это не их собственность. И их будет контролировать государство. А вообще нигде в мире нет срока аренды 99 лет, везде начинают с 20 лет, а дальше смотрят по обстоятельствам. Кстати, Советом Федерации эта поправка в новую редакцию Лесного кодекса предусмотрена. Второе нововведение – в том, что государство перекладывает всю ответственность за ведение лесного хозяйства на частный бизнес. Это правильно, потому что нигде в мировой практике нет такого, чтобы один лес рубил, а второй сажал. Это – типично российская картинка. Так что сегодня компания, которая будет брать лес в аренду, сразу возьмет на себя ответственность за его сохранность. И здесь контроль со стороны государства необходим.

– Какой орган должен осуществлять этот контроль?

– Появилось много претендентов на эту роль. Сейчас есть три органа управления лесами: это Министерство природных ресурсов, которое пишет законы, Федеральное агентство лесного хозяйства, которое управляет собственностью, и еще надзорная служба – Росприроднадзор. Я считаю, что контроль по договорам аренды должно осуществлять Федеральное агентство лесного хозяйства, потому что с ним у арендатора будет договор. Если говорить о коррупции, то в новом законе на этот счет существует большая опасность. Меня очень пугает, что там есть только одно условие, на основании которого будут передаваться участки, – это во всех случаях аукцион. Новый закон исключает конкурс. Это означает, что все лесные ресурсы будут выставляться на аукцион, и выигрывать будет только тот, кто даст большую цену без ответственности за дальнейшее. Я думаю, что надо вносить поправки, чтобы разрешить конкурс, на котором компании будут представлять бизнес-планы сроком на 20 лет, где должно быть указано, что они там собираются строить, как рубить лес, что из него делать. Это можно сделать только через конкурс. Но нужно сказать, что мы многому в последнее время научились и пытаемся что-то изменить. Прежде всего, в подходах к ценообразованию на ресурсы. Сколько стоит древесина на корню? Раньше государство определяло это через налог на кубометр. С этого года ситуация изменилась: компания платит не налог, цена древесины должна определяться на рынке в зависимости от спроса и предложения. Сегодня, используя рыночный механизм, можно изменить систему отношений в лесном деле. Когда в свое время мы продавали лес на аукционах, то цена там была в 5–10 раз выше государственной. Мы должны сегодня механизм рынка развивать, хотя он абсолютно новый. С 2005 г. цена древесины должна стать договорной ценой собственника и пользователя. Это, на мой взгляд, весьма прогрессивно, но другое дело, что опять будут нужны профессионалы, которые смогут правильно оценить все это, а у нас в системе органов управления лесами нет специалистов, которые когда-либо занимались оценкой лесных ресурсов, потому что раньше в этом необходимости не было.

– Как известно, лесные территории могут быть расположены как вблизи промышленных центров, так и в отдаленных регионах. Будет ли это учитываться и отражаться на стоимости лесных участков при передаче их в аренду?

– Кодекс этого не учитывает, но он дает подход, который поможет это учесть. Например, когда мы видим, что лес далеко расположен, то надо считать транспортные расходы, и все это, конечно, повлияет на оценку леса. Выходя на аукцион, нужно учесть транспортные расходы, доступность, рынок сбыта и пр. – Все ли территории, занятые лесом, будут выставляться на аукцион, или часть лесных ресурсов останется в ведении государства? – На аукцион можно будет выставить лишь небольшую часть наших лесных ресурсов, потому что бизнес просто не способен все освоить. По моим подсчетам, не более 30% наших лесных территорий могут быть вовлечены в частный бизнес, остальная территория будет управляться государством. Но по-другому. То, что не берет частный бизнес, должно остаться за государством и выполняться государственным бизнесом.

– Частный бизнес возьмет, конечно, лучшие территории?

– Естественно, а почему должно быть иначе? А государство, если оно умное, должно взять от частного бизнеса деньги и за счет них управлять другими территориями, где этого бизнеса не будет. У нас есть Калмыкия, где нет лесов, есть юг России, где нужно лес сажать. Так вот, в этом случае государство должно взять деньги от частного бизнеса и через бюджет дать этим территориям.

– Анатолий Павлович, раньше у нас средства выделялись из федерального и региональных бюджетов, а также за счет средств лесхозов на ведение лесного хозяйства. С принятием нового Лесного кодекса какой будет система финансирования лесного сектора?

– Уже до принятия кодекса ситуация изменилась. Сегодня все финансирование в лесном хозяйстве возложено на федеральные органы исполнительной власти, то есть на Федеральное агентство лесного хозяйства и его лесхозы. Региональные бюджеты не участвуют в финансировании затрат на ведение лесного хозяйства. Эта ситуация сохранится и в будущем, потому что отвечать за финансирование должен всегда собственник. Поскольку новый кодекс оставляет собственником федерацию, то федерация и будет отвечать за финансирование. Однако при долгосрочной аренде лесов ответственность за выполнение работ будет нести частный бизнес, лесопользователи будут сажать и охранять лес. Открытым остается финансовый вопрос, не решенный в кодексе, он будет решаться через поправки. Есть два пути, какой из них пройдет, сказать с полной уверенностью нельзя. Я лично отстаиваю позицию, согласно которой государство собирает с лесного бизнеса доход в виде платежей, затем за счет этих платежей финансирует все работы по лесному хозяйству, выполняемую бизнесом, но финансирует только те работы, которые оно принимает. Принимает гектар лесной площади, облесенной по стандарту, вот пожалуйста вам цена за этот гектар. Только после приемки, ничего до приемки нельзя платить. Но есть и другой опасный механизм, который многие по незнанию предлагают: все работы должен делать бизнес за свой счет. Компания должна сажать лес за счет себестоимости лесопродукции. Здесь возникает вопрос: а как государство сможет проверить работу, которую финансирует бизнес за свой счет? Этого нельзя будет сделать. Какой из этих двух путей финансирования пройдет, решится при втором чтении Лесного кодекса. Я предлагаю собрать деньги, принять работы и заплатить, тогда будет контроль над арендаторами. А контроль нужен, потому что при всем уважении к бизнесу он у нас сегодня еще не настолько воспитанный, что будет делать все работы добровольно.

– Будет ли учтен зарубежный опыт?

– А за рубежом так всегда и поступают. В тех государствах, где есть государственный лес, например в Канаде, где 90% леса принадлежит государству, компания сажает лес, охраняет лес, потом предъявляет государству документы о затратах, и государство возмещает их. Но никто ничего не делает бесконтрольно. Поэтому то, что сейчас предлагается в новой редакции Лесного кодекса, возможно только при наличии частной собственности на лес, которая у нас пока не предусмотрена. Частник на своей территории получает доход, сам сажает, сам себя контролирует, потому что он частник. А мы сегодня имеем лес в государственной собственности. Вообще, моя позиция больше склоняется в защиту интересов бизнеса, следуя правилу: выполнил работу – получи. Нельзя требовать деньги за несделанную работу. Я всегда стараюсь убеждать, что мы должны выйти на диалог государства и бизнеса, только диалог может спасти ситуацию. Сегодня, когда государство старается ущемлять бизнес, возникает почва для нелегальной деятельности. В том, что у нас сегодня есть теневая экономика и нелегальные рубки, повинно государство. Если бизнес берет лес в долгосрочную аренду, если он на этой базе развивает переработку древесины, то ему нужно постоянство пользования, ему нужен лес и сегодня, и через 20 и 30 лет. Исходя из этого он должен формировать команду специалистов. Многие специалисты, которые работают сегодня в лесхозах и получают там нищенскую зарплату, при новой системе уйдут в бизнес, они будут востребованы. И так во всем мире. Хотя, конечно, надо понимать, что если мы этот кодекс примем и эту систему реализуем, то многие уйдут в бизнес, а лесхозы останутся без квалифицированных кадров. Это будет опасная ситуация для лесхозов.

– Новый Лесной кодекс предполагает, что арендаторами могут быть, как отечественные, так и зарубежные компании. Как вы к этому относитесь?

– Я здесь не вижу опасности, потому что дело не в том, чья компания, дело в том, как она ведет себя в лесу. У меня нет опасений, что какая-то зарубежная компания возьмет с корнем лес и увезет его, например, в Финляндию. Вся проблема будет только в контроле за доходами, а это дело государства, которое должно контролировать доходы как отечественных, так и зарубежных лесопользователей.

– Как, на ваш взгляд, повлияет новый Лесной кодекс на состояние рынка недвижимости в стране?

– Только положительно, так как развитие конкурентной среды всегда только оздоровляет обстановку на рынке. Я уж не говорю о таких очевидных вещах, как увеличение выпуска лесной продукции, ее ассортимента. Деревянное домостроение будет удовлетворять спрос населения в строительных материалах.

– По вашим прогнозам, если новый кодекс будет принят, когда начнут происходить позитивные перемены?

– Через год, два, три, а то и пять лет еще мало что изменится. Для того чтобы система заработала, необходимо привлечь в лесной сектор огромное количество инвестиций. По моим данным, мы должны туда вкладывать ежегодно не менее $5 млрд. Если мы найдем эти деньги, то лет через 10 лет получим новое состояние лесного сектора.

– Анатолий Павлович, вы как эксперт принимаете непосредственное участие в разработке кодекса, внесли несколько существенных поправок и предложений. Чего именно они касались?

– Да, я официально приглашен работать в двух рабочих группах – группе Госдумы в качестве эксперта и группе Совета Федерации. Именно в последней группе мои поправки были восприняты в наибольшей степени.


Подпишись на нас
в Яндекс.Дзен!

Специальные предложения